В чем смысл миссионерской Церкви?

В чем смысл миссионерской Церкви?

Что такое церковь? Какие ассоциации возникают в вашем разуме при этом слове? Кто-то представляет себе расписанные здания с куполами или шпилями, кто-то вспоминает литургию и запах ладана и свечей, кто-то думает о протестантских домах молитвы с крестом над входом, кто-то вспоминает о воскресных собраниях, обязательными атрибутами которых являются хор, кафедра и большое скопление людей, чинно садящихся и встающих для молитв и общего пения, причем понятие «большое» у каждого будет свое и скорее всего оно будет связано с первым его соприкосновением с церковью. Но однажды, если вы хотите возрастать в познании Бога и Священного Писания, Бог вынет из вашего разума закоснелое, мало чем аргументированное и, зачастую, далекое от истины понятие, и вложит в него Свое: новое, библейское, истинное.

В нашей церкви мы увидели необходимость более серьезного осмысления церкви и потому по средам начали изучение книги Деяний Апостолов. И уже находясь в первой главе увидели много ошеломляющих, заставляющих переосмыслить привычные понятия истин, касающихся церкви. Мы увидели группу людей, о которых можно сказать как о церкви в ее зачаточном состоянии. Эта группа людей состоит из Апостолов, учеников Христа, близких Его родственников по плоти и все они находятся в большой растерянности. Уже ставший привычным для многих из них образ жизни, в котором Учитель руководит, рассказывает, показывает на примере, отвечает на вопросы, задает тон и прокладывает маршрут — закончился. Стоя на Елеонской горе, они наблюдали, как Он величественно и необыкновенно отдаляется от них все дальше и дальше, пока облако не скрыло Его от их взглядов. И они стояли и смотрели, и смотрели бы так в небо, аж до тех пор, пока не наступило бы время второго пришествия, если бы ангелы, явившись им, не отправили их в новую реальность вопросом: «чего стоите и смотрите?» Он то придет, но к тому времени, как Он вернется нужно переделать массу работы, работы по созиданию Его церкви в Иерусалиме, Иудее, Самарии и даже до неизведанных окраин населенной планеты.

И вот теперь, совершенно растерянные, мало что понимающие, не способные сформировать видение и принципы дальнейшего служения, они просто выполняли простой наказ: из Иерусалима не уходите и ожидайте. Чего-то того, что Иоанн называл крещением Святым Духом и обещал, что это будет делать Идущий за ним Христос. Дни шли, вопросы не разрешались, но «зародыш церкви» формировался и готовился к рождению. Учителя не было рядом в обычном понимании, как три года до этого. Было только Его обещание: «Я с вами каждый день». Оставалось только молиться, молиться и еще раз молиться. И они молились. Молились вместе, как настоящая церковь. Молились Тому, Кто очевидно может не только слышать, но и отвечать на молитвы. А еще было время вспоминать, размышлять, взвешивать и сопоставлять. Чем они и занимались, вспомнив, что Апостолов должно быть двенадцать, и место Иуды согласно Писаниям должен занять другой. Но как это произойдет? С участием ли человеческого разума или без него? Есть ли какие-то принципы избрания и кто скажет последнее слово? И они принимали решение. Принимали, как настоящая церковь: взвешенно, рассудительно, молитвенно. Но все это было позже. До этого был разговор с еще не вознесшимся Иисусом, в котором Он дал направление и пищу для размышления не только в краткосрочной перспективе, но и в перспективе очень дальней. И им было о чем рассуждать и формировать видение будущей церкви, которая вот-вот появится на свет. В ближайшей перспективе Он сказал просто ожидать сошествия Духа Святого. «О! — воскликнули они — начинается царство? Будем царствовать?» Подождите с царствованием, будем работать. Вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святой. Силу творить чудеса? — нет, не о том речь. Силу занять руководящие посты в государстве? -нет. Силу построить новый христианский храм, куда будут стекаться уверовавшие во Христа? Организовать церковную структуру и большой хор на несколько тысяч голосов? — нет! Силу превозмочь страх, стыд, личные интересы, желание комфортной, безопасной, богатой и уютной жизни и стать Его свидетелями в злобно настроенном Иерусалиме, Иудее наполненной фарисеями и скептиками-саддукеями, Самарии с ее полу-идолопоклонниками и даже… даже до тех краев земли, где вообще живут кто знает кто! Темные язычники, поклоняющиеся чему ни попадя, съедающие себе подобных на завтрак, обед и ужин, приносящие человеческие жертвы своим жалким божкам или необычайно гордые своей цивилизованностью и умением объяснять суть жизни, давая волю своей фантазии!

После такого повеления Апостолам и ученикам было о чем подумать. Стратегия Церкви на века и тысячелетия была развернута перед ними, потому что главная цель была обозначена самим Христом. Им действительно не нужно было отлучаться из Иерусалима, им нужно было думать, думать, думать.

Что же такое Церковь? Получится ли понять ее суть без осмысления всего этого? Можно ли быть по сути присоединенным к ней без того, чтоб стать частью этого Вселенского Божественного проекта? Как понимать верующих-потребителей, которые рассматривают церковь, как элемент своего комфорта? Пусть эмоционального, но комфорта. Как понимать большое скопление людей, которые размеренно садятся и встают из воскресения в воскресенье, но быть свидетелями Христа, заводить знакомство и дружбу с неверующими людьми ради распространения Евангелия для них столь же чуждо, как осваивать просторы Марса или Юпитера для выращивания картофеля? Искать регулярных встреч с людьми далекими от Евангелия, открывать им свои дома и сердца. Приготовить пирог, чтоб позвать соседа на чай, чтобы однажды поделиться с ними самой важной вестью — зачастую оказывается совсем нереальным занятием в плотном графике церковной жизни: спевки, молодежки, посиделки, сыгровки, курсы христианской психологии, свадьбы и т.д. Где уж тут место мыслям о неверующих? Пусть присоединяются, если захотят. Но они не хотят. У них свои развлечения, свои занятия, свое времяпровождение, свой круг друзей, не будем же мы им мешать.

Один мой друг-миссионер часто повторяет: «нас нужно разогнать» в том смысле, что нам очень комфортно стало в наших церквах и мысли о благовестии лишь досадная помеха. А когда мы останемся, подобно возрожденному Ефиоплянину из восьмой главы Деяний Апостолов, одни среди неверующих — благовестие станет нашим хлебом.

Буквально вчера на общении молодая женщина, которой Бог совсем недавно дал покаяние, поделилась, как вначале ее раздражали призывы к миссионерству и благовестию. Ну, почему они требуют, чтобы я говорила о своей вере, снова и снова повторяют, что христиане должны быть благовестниками? После второго общения по Деяниям Апостолов она поняла, насколько для церкви это необходимо.

Церковь не может жить без миссионерства, она будет вырождаться. Если в церкви остановится приток новых возрожденных душ — она непременно будет прятать свою пустоту за традиционализмом и обрядностью. Потому что не станет людей, которые задают вопросы: «почему?» Почему мы должны некоторые песни петь стоя, а некоторые сидя? Почему церковная музыка — это та музыка, которая была мирской 30 лет назад? Почему христианство — это ношение определенной одежды и запрет на украшение и косметику? Почему есть христианки, которые носят платочки, а есть те, которые не носят? Почему мы говорим, что христианство — добрая весть, а сами постоянно какие-то унылые и мрачные? Почему на собрании легко быть смиренным и религиозным, а в семье, в быту и на работе по-прежнему хочется, чтобы последнее слово было за мной? И много других «почему?» И эти вопросы являются огромным благословением для церкви, которой уже две тысячи лет, потому что, после них приходится опять заниматься тем, чем занималась церковь в первые дни: молиться и думать. Молиться и думать.

Как много благословений дала нам первая глава Деяний Апостолов в плане понимания Церкви, а впереди еще двадцать семь глав! О бездна богатства, премудрости и ведения Божия!

Станислав Колпаков

Добавить комментарий

Закрыть меню